Миссия коллекционера

Пьер-Кристиан Броше известен не только как обладатель большого собрания произведений актуальных художников. Он так же — инициатор «выставок из частных коллекций» в рамках «Арт- Москвы» и один из основателей Клуба коллекционеров современного искусства. Поэтому беседа с ним — не столько об искусстве, сколько о том, что такое коллекционирование и какое значение оно имеет для культуры и общества в целом.

№ 2 (526) / 2003

Как родилась идея представлять на «Арт­ Москве» не просто отдельных художников, а коллекции?

Замысел возник зимой 2000 года, когда во время встречи с директором «Экспо-парка» Василием Бычковым мы обсуждали пути активизации «Арт-Москвы». Я выдвинул теорию: необходимо показать, что на искусство, представленное на ярмарке, есть спрос. Сам факт существования «Арт-Москвы» доказывает, что покупатели существуют, но они никак не проявлены, остаются в тени, создавая поле для разнообразных предположений и мистификаций. И все это лишний раз утверждает и подкрепляет давно сложившийся в России образ коллекционера современного искусства как фигуры андерграундной, неофициальной и непубличной. На Западе ситуация прямо противоположная: быть коллекционером именно нового искусства в Европе и Америке очень престижно. В России, с социальной точки зрения, собирать актуальное искусство — отнюдь не статусное занятие. Покупать антиквариат — да, это всем понятно. Подобное увлечение свидетельствует о принадлежности в определенной социальной группе. По сути, это уже превратилось в своего рода рутинное занятие, стало некой формой инвестирования. Современное же искусство — всегда риск, прежде всего — финансовый. Плюс некий «экзистенциальный подтекст»: живя в определённую эпоху, ты фиксируешь для себя и для потомков свое время, точнее, его отражение в творчестве художников, которые были твоими современниками.

Николай Филатов. Танцор, 1988

Холст, масло. 140 x 100

Владислав Мамышев (Монро). Любовь Орлова, 2000

Фотография. 61 x 61

Сергей Бугаев (Африка). Без названия, 2001

Эмаль. 28 x 19

Сергей Бугаев (Африка). Без названия, 2001

Эмаль. 28 x 19

Сергей Бугаев (Африка). Без названия, 2001

Эмаль. 28 x 19

Сергей Бугаев (Африка). Без названия, 2001

Эмаль. 28 x 19

Еще один важный момент. Художников много, а именно коллекционер определяет, кого покупать, кого поддерживать, то есть, в конце концов, кого оставить в истории. Это — знак социальной и даже политическое вовлеченности собирателя: он решает, кто наиболее ясно отражает в своих произведениях окружающую действительность, показывает, как мы живем, в наше время и почему мы живем так. Другой вопрос, какое искусство выбрать, какое направление. Тренд, на который коллекционеры моего круга сейчас опираются, просто пообщаться, обсудить новости, получить совет. Разумеется, члены Клуба должны иметь преимущества: они будут получать приглашения на выставки галерей «нашего» направления; когда откроется сайт в Интернете, получат доступ к коммерческой̆ (в том числе-конфиденциальной̆) информации о художниках, ценах, выставках, аукционах.

Кто является членами Клуба?

В сущности, это те, кто уже участвовал в наших проектах в рамках «Арт­Москвы». Эти несколько человек-своего рода мотор Клуба: Михаил Царев, Дмитрий Коваленко, Ольга Слуцкер, Регина фон Флемминг, Алена Дитерикс. Иными словами-вполне опытные коллекционеры.

И каковы параметры искусства, которые они покупают?

Наш «круг интересов», в основном, представлен в нескольких ведущих галереях актуального искусства. У каждого, конечно, есть свой «конек» -пока еще незасвеченное, нераскрученное имя. Дело в том, что в этих галереях ежегодно демонстрируют работы, скажем, пятидесяти художников. Очевидно, что остается еще много, нисколько не хуже тех, кого часто выставляют, и они тоже пользуются спросом. Например, Ануфриева не показывали уже достаточно давно, но у него есть покупатели. Работы Африки не были в Москве три года, а за его творчеством следит много собирателей. И так далее. Множество вещей и имен проходит мимо галерей. Поэтому часто коллекционерам приходится самостоятельно разыскивать новых художников, и эта ситуация изменится только в том случае, если будет больше галерей, занимающихся активным поиском.

Лично я собираю те работы, которые содержат в себе интересную и важную характеристику нашей эпохи. Возможно, лет через сорок они попадут в музеи. Кулик, Африка, Новиков, Звездочетов, Волков, Савадов, Монро -они точно будут в музеях. Кроме того, для меня важно, чтобы произведение было оригинальным, как-­то отличалось от того, что делают другие художники данного времени.

Насколько можно понять, членов Клуба интересуют художни­ки, которые появились где­-то на рубеже 1980 — 1990­х годов и продолжают работать до сих пор? То есть, это и есть «art actuel» в твоем понимании? И этого же мнения придержива­ются другие члены Клуба?

 

Да. Но оказалось, что есть еще и другие коллекцио­неры…

А им вход в Клуб открыт?

Конечно. Например, с помощью вашего журнала мы «открыли» Михаила Алшибая. Уникальный коллекционер, который собирает талантливых художников, зачастую совершенно никому неизвестных. Именно на этом пути возможны настоящие открытия, и он их делает. Кстати, некоторые из его находок, насколько я знаю, будут опубликованы в этом номере «Искусства», а что­то он согласился показать в рамках нашего проекта на «Арт­Москве». Мы ни перед кем не закрываем двери. Если человек много лет собирал антиквариат и вдруг захотел понять, что происходит в искусстве сегодня, как­то поддержать современных художников, то есть сделать нечто полезное для своей страны, он уже может считать себя членом нашего Клуба.