Всегда вместе с народом!

Статья первого секретаря правления Союза художников СССР Сергея Герасимова была опубликована в No1 за 1963 год, через месяц после известных событий на выставке в Манеже. К этому времени уже прошли встречи представителей партии и правительства с творческой интеллигенцией, состоялось заседание Идеологической комиссии при ЦК КПСС с участием деятелей искусства. «Правда», «Известия», «Коммунист» и прочие издания, не стесняясь в выражениях, раскритиковали и основную экспозицию, и выступление «абстракционистов». Иными словами, политика по отношению к «буржуазным» художникам была окончательно утверждена. Передовица одного из главных художников СССР в главном художественном журнале, в принципе, могла бы перевести дискуссию о модернизме в искусствоведческое русло. Однако в сложившейся ситуации Герасимов уже не мог не запретить вообще какие-либо словопрения на данную тему и поставить «безыдейных» художников не только вне закона (это уже сделала власть), но и вне традиции отечественного искусства, обрекая их на существование без выставок, качественной критики и, в конце концов, без заказов. С точки зрения исторической, интересен еще один факт: перечисляя настоящих творцов «вдохновенного» искусства, Герасимов не упомянул второго главного художника страны — президента Академии художеств Владимира Серова, который занял этот пост как раз на «погромной» волне. «Модернисты» были наказаны, а борьба за власть продолжалась.

№ 1 (525) / 2003

Сергей Герасимов

Прошедший 1962 год для советских художников был годом углубленной творческой работы, годом поисков и раздумий над дальнейшими путями развития нашего изобразительного искусства. Всесоюзная художественная выставка 1961 года, открывшаяся перед началом работы XXII съезда КПСС, показала, что советские художники в основу своей работы положили принцип правдивого отображения жизни народа, и это, несомненно, способствовало созданию ярких и убедительных произведений.

Но не всегда наши художники уверенно идут в ногу со временем, а порой и просто останавливаются на полпути, забывая о великой миссии, выпавшей на долю советского искусства — служить народу.

Посещение выставки «30-летие Московского отделения Союза художников РСФСР» руководителями партии и правительства стало большим событием для советских художников, событием, имеющим серьезное значение для правильного понимания и оценки состояния советского изобразительного искусства и для его дальнейшего развития.

Исторические решения XXII съезда КПСС, новая Программа партии, ликвидация последствий периода культа личности благотворно сказались на всей жизни советского народа, сказались и на нашем изобразительном искусстве. Создание подлинно творческой атмосферы, смелое обращение к самым насущным и острым проблемам современности способствовали развитию новых талантов, принесших с собой своеобразные и интересные поиски в решении образа нашего современника.

Но вместе с новым, освежающим дыханием жизни в наш творческий процесс и
наши суждения об искусстве стали просачиваться мнения отдельных художников и искусствоведов, весьма произвольно трактовавших тот решительный курс, который был взят партией на развитие широкой демократии во всех сферах жизни. Эти важнейшие решения они истолковывали как освобождение от всяких обязанностей перед обществом, как патент на право делать то, что им нравится, что они считают для себя более интересным и главным. Такие тенденции проникли во многие сферы нашей творческой жизни. Некоторые художники и искусствоведы договорились даже до того, что традиции советского искусства 1930 — 40-х годов якобы должны быть похоронены.

Все это явилось отражением того, что некоторые деятели искусства в последнее время неверно понимали сущность борьбы нашей партии за утверждение ленинских принципов руководства в искусстве. Правильно выступая против парадных, помпезных произведений, против догматического понимания метода социалистического реализма, некоторые художники готовы были воспринять это как отказ от самого метода социалистического реализма. Многообразие жанров, форм, стилей, возникающих на основе метода социалистического реализма, они подменяли всеядностью, терпимостью ко всякому искусству, в том числе и антиреалистическому.

Во многих творческих спорах стало не очень популярным защищать основные традиции советского искусства. В искусствоведческих выступлениях нередко проводилась мысль, что нужно придумывать что-то новое, обязательно изменять формы, что все устарело, приелось и неинтересно. А новые формы нередко заимствовались в модернистическом искусстве, то есть происходило примирение с тенденциями буржуазного искусства.

Между тем, преодоление последствий и пережитков культа личности сказывается, прежде всего, в решительном отходе от всяких «постановочных», сочиненных, фальшивых полотен в сторону действительной жизни, в настоятельном требовании создания искусства полнокровной жизненной правды, искусства честного, боевого, яркого. Это искусство, разумеется, противоположно сухой и мертвой копировке действительности.

Борис Ефимов, Александр Жаров. Машина засорения мозгов

Агитплакат

Подлинное искусство социалистического реализма никогда не ограничивалось пассивным зеркальным отображением окружающего. Живопись М. Нестерова, С. Малютина, М. Грекова, П. Кончаловского, А. Дейнеки, С. Чуйкова, А. Пластова, П. Корина, Б. Иогансона, скульптура И. Шадра, В. Мухиной, С. Коненкова, графика В. Фаворского, Д. Шмаринова, Б. Пророкова — это искусство живое, вдохновенное, согретое волнением и творческой фантазией, окрашенное любовью к человеку, трогающее сердце зрителя.

Наше искусство — это прежде всего искусство жизненной правды, высокого, гражданского сознания и активного воспитательного воздействия. В этом наши учителя — великое русское, прогрессивное европейское искусство и классики советского искусства.

Несомненно, большую ценность для нас представляет и опыт революционного искусства 1920-х годов. Но возвращение к тому, что в эти годы стояло вне революционного пути развития искусства, было бы ошибочным и вредным. К сожалению, эта ошибочная позиция нашла свое отражение и на в общем значительной выставке, посвященной 30-летию МОСХа. Многие тысячи зрителей привлекла эта выставка — и разнообразием тем и жанров, и яркой индивидуальностью творческих приемов и исполнительских манер. Наряду с работами крупных мастеров здесь были представлены произведения молодых художников, зритель впервые получил возможность увидеть полотна художников, которые были скрыты от него в период культа личности. Но вместе с тем, по справедливому замечанию Н. С. Хрущева, устроители выставки допустили ошибку, не проявив должной идейной последовательности и принципиальности в отборе экспонатов.

Прежде всего, в задачи выставки не входил показ искусства 1920-х годов. Выставка должна была отразить 30-летнюю деятельность Московского союза художников, созданного в 1932 году. Главной задачей экспозиции было показать, как велась борьба за искусство социалистического реализма в московской художественной организации и какими путями шли к социалистическому реализму разные художники. С этой позиции такие произведения двадцатых годов, как «Обнаженная» Р. Фалька, и некоторые работы тридцатых годов Д. Штернберга, стоявшего в стороне от основного пути становления советского искусства, не заняли бы столь неоправданно заметного места на выставке, как это произошло. А уж если показывать произведения 1920-х годов, то нужно было бы представить и созданные в тот же период работы А. Архипова, Н. Касаткина и других крупных советских художников.

Георгий Нисский. Аэродром, 1961

Холст, масло

Гурий Захаров. Яуза, 1961

Линогравюра

Михаил Нестеров. Портрет В. И. Мухиной, 1940

Холст, масло

На выставке замалчивается совсем или слабо представлено творчество таких замечательных художников, ярких представителей русской художественной школы, как М. Нестеров, К. Юон, И. Грабарь, В. Бялыницкий-Бируля и некоторые другие. То же можно отметить и в подходе к экспозиции новых произведений московских художников. В ряде случаев они были выбраны не с целью показать обогащение идейно-воспитательных и художественных начал нашего искусства, а с тем, чтобы продемонстрировать и подчеркнуть возрождение отпавших в ходе исторического развития побочных, а иногда и попросту чуждых явлений нашего прошлого. Поэтому в центре внимания устроителей выставки оказались произведения незрелые в идейном и художественном отношении, и даже работы, отражающие чуждые нам влияния.

Некоторые молодые художники показали произведения, которые явно отходят от принципов социалистического реализма. Достаточно назвать одну вещь — «Геологи» П. Никонова, чтобы стало ясно, что это вовсе не путь развития советского искусства.

В последнее время в печати появился ряд статей, в том числе и Н. Андронова, о дальнейшем развитии нашего изобразительного искусства, в которых традиции русского искусства сводятся лишь к одной группе художников «Бубнового валета». Я помню искусство периода раннего «Бубнового валета» — для того времени это было «бунтарское» искусство, которое шло под лозунгом «пощечины пошлому общественному вкусу», но оно было крайне односторонне по своему художественному методу. Некоторые из этих художников в дальнейшем под влиянием революции, общего развития страны пришли к большому реалистическому искусству. Вспомним И. Машкова с его реалистическими натюрмортами, А. Куприна, прекрасного художника П. Кончаловского. Лучшие традиции «Бубнового валета» получили развитие, когда прониклись величием нашей революции, жизнью нашего государства, а, взятые отдельно, они несли в себе мелкобуржуазные анархические тенденции.

Конечно, выставка московских художников имеет недостатки, как в творческом, так и в методическом плане, но «выставка» так называемых художников-абстракционистов, не имеющая никакого отношения к выставке «30 лет МОСХа», вызывает в нас особое возмущение и протест. Модный и поддерживаемый правящими кругами на Западе абстракционизм проявился и в творчестве небольшой группы советских художников, которые в подавляющем числе не являются членами нашей творческой организации. В основном эти художники абстрактного толка работают в области промышленной графики и полиграфии, некоторые изделия которой в последнее время справедливо вызывали тревогу у художественной общественности.

На состоявшемся 24 декабря 1962 года расширенном Секретариате правления Союза художников СССР были приняты решения, направленные на борьбу за чистоту принципов искусства социалистического реализма, на усиление идейно-воспитательной работы в творческих организациях художников.

Важнейшей задачей сегодняшнего дня Секретариат правления Союза художников СССР считает усиление борьбы с враждебной нам буржуазной идеологией, с чуждыми нам явлениями в искусстве. Мы недостаточно серьезно и последовательно ведем борьбу с абстрактным искусством. В газетах появляются фельетоны и карикатуры, где абстракционистов изображают как веселых шутников и проказников. Мы не вскрываем с необходимой политической остротой и теоретической глубиной антинародную классовую природу абстракционизма. И это только ослабляет наши позиции в борьбе с тем отрицанием и поруганием человеческого разума, которое несет в себе абстрактное искусство. Разоблачая абстракционизм, необходимо решительно отделять духовных стиляг, людей безразличных к нашей культуре и прямо враждебных ей, поклонников буржуазной моды от представителей советской художественной молодежи, которая хочет изучать нашу жизнь, хочет бороться своим искусством за коммунизм и ищет для этого новые художественные средства.