Работая над выставкой «Они были разными« i , команда Центра AZART обратила внимание, прежде всего, на многообразие творческих стратегий, присущих скульпторам оттепельных времён. Единый канон соцреализма постепенно рассыпался, но в результате появилось даже не два лагеря — официальный и нонконформистский, а множество разных художников, который разрабатывали каждый собственный подход и уникальные идеи. Неспециалисты, скорее всего, даже не смогут сказать, кто из художников был любим партийным руководством, а кого демонстративно лишали заказов, мастерских и средств к существованию. Но даже и профессионалы, оказавшись в пространстве выставки, понимают, что время приглушило конфликт, и уже почти не считываются различия, которые раньше (ещё буквально несколько лет назад) казались кричащими. Мы видим работы, созданные с конца 1950-х и до начала 1970-х годов, и воспринимаем их, скорее, в контексте проблем эпохи, нежели сквозь призму внутрицеховых противоречий.

Создатели выставки утверждают, что до сих пор не вышло ни одной серьёзной публикации, посвященной оттепельной скульптуре и её времени, и поэтому работа, которую проделала команда AZART совместно с Третьяковской галереей, была не просто подготовкой к выставке, но настоящим научным исследованием.

Куратор Ирина Седова выделяет несколько идей, ключевых для понимания периода. Во-первых, это другой взгляд на пространство. Конец 1950х—1960е — это эпоха большого строительства, людей начинают расселять из коммуналок в собственные квартиры, которые кажутся им огромными, строятся впечатляющие инженерные сооружения, шлюзы и гидроэлектростанции, наконец, происходит запуск первого спутника и первый полёт человека в космос. Всё это меняет оптику художников. Они отправляются в творческие командировки, видят огромную страну, других людей, и не только в масштабе, но даже в малой пластике проявляется их новое видение. Например, в 1958 году настоящий фурор произвела скульптура Олега Комова «Стекло» — женщина моет окно, мы видим пустую раму и её руку, скользящую по невидимой поверхности, однако иллюзия этой поверхности оказывается для зрителя максимально достоверной.

Во-вторых, художники открывают для себя материалы, которые прежде не использовались в скульптуре, например, литой алюминий, который стал востребован, поскольку позволял работать очень быстро и, значит, реагировать на стремительный поток событий. Скульпторы шестидесятых также вернули в творческий обиход дерево, обратившись к наследию как средневекового искусства, так и российского авангарда. На выставке представлен триптих «Утро. День. Вечер» (1969) Николая Силиса, где женская фигура оказывается как будто одетой в древесную кору, или же — можно сказать иначе — высвобождается из сруба, избавляясь от излишков сырой материи. Другой пример — похожая на работы Стефана Балкенхола скульптура «Камчатский старожил» (1966) Дмитрия Шаховского, также сделанная из раскрашенного дерева и возникшая благодаря тем самым творческим командировкам. Из новых материалов нам интересен ещё чугун и выполненная из него композиция «Тяжёлая индустрия» (1976) Юрия Александрова — тяжелая в самом прямом смысле; и раскрашенные гипс и известняк — из него сделан «Мальчик, которого не боятся птицы» (1965) Аделаиды Пологовой.

В-третьих, художники оттепели обрели совершенно новый взгляд на мир — как будто предвидя светлый и счастливый завтрашний день. Однако жить в этом прекрасном будущем предстояло лишь тем, кто в шестидесятые был ребенком или подростком, поэтому тема юности оказывается ключевой для искусства шестидесятых. А одной из самых важных и самых крупных работ в экспозиции — скульптурная группа «Взрослые и дети» (1965) Нины Жилинской. Дети сделаны из хрупкого гипса и фланкированы массивными фигурами взрослых, выполненными из кровельного железа. Контрастные материалы здесь комментируют сюжет — разницу военного и оттепельного поколений. Но на самом деле скульптура Жилинской — это ещё и отклик на Карибский кризис 1962 года: художница показывает, что задача всех живущих сегодня состоит в том, чтобы создать мирное будущее для завтрашних детей.

Постоянные посетители Центра AZART привыкли ходить не просто на выставки, но и на концерты, комментирующие каждую новую экспозицию. Однако дизайн нынешней — модульные подиумы, занимающие почти всё свободное пространство, не дают возможности разместить музыкантов и слушателей. Тем не менее, от музыкального сопровождения решили не отказываться, просто оно реализовано в формате аудиогида. И его главная тема — такая же, как и у самой выставки, то есть разноголосица. Если экспозицию открывает алюминиевая скульптура «Музыканты (Ночные певцы)» (1969) Татьяны Соколовой — и это явно стиляги с гитарами и клешеных брюках, то первое музыкальное произведение, которое звучит у порога, — это «Концерт для симфонического оркестра, трёх электрогитар и солирующих инструментов» Сергея Слонимского, произведение невиданное и непредставимое в советском контексте никогда прежде. А дальше в залах соединяются симфоническая музыка и произведения, написанные для эстрады и кино «Песня о тревожной молодости» Александры Пахмутовой и балет «Алые паруса» Владимира Юровского.

«Они были разными. Скульптура Оттепели» в центре AZART
10 сентября — 29 ноября 2026 года
Москва, Маросейка, 11/4с1