2000-е

,

2010-е

,

Олафур Элиассон

,

Паблик-арт

,

Экология

Олафур Элиассон: Стальное солнце, ураниновые реки

Студия Элиассона в Берлине — художественная мастерская, отраслевой НИИ и продюсерский центр в одном. Ежегодно там готовится несколько «персоналок» и какой‑нибудь умопомрачительный паблик-арт проект. То, чем занимается Элиассон, можно определить как художественное природоведение — красивое, инновативное, всегда около экологии. Его интерактивные арт-шоу — эффектные, дружественные по отношению к окружающей среде и провокационные

№ 3 (582) / 2012

Олафур Элиассон

(р. 1967, Копенгаген, Дания). Датско-исландский художник, прославился масштабными инсталляциями, созданными при помощи воды, света и тепла, в частности «Погодный проект» (2003) в Турбинном зале галереи Тейт Модерн и «Нью-Йоркские водопады» (2008). В 2017 году участвовал в основном проекте Венецианской биеннале и в 7‑й Московской биеннале современного искусства

Зелёная река

Олафур Элиассон. Зелёная река, 1998
Фотодокументация проекта в Моссе, Норвегия, 1999. Уранин, вода

Как и многие другие проекты Олафура Элиассона, «Зелёная река» основана на принципе «YES», сформулированном самим художником. Аббревиатура означает: «Ваша реакция — следующая» и подразумевает зрительское соавторство в работах. В 1998 году датчанин начал последовательно выкрашивать реки Европы, Америки и Японии в изумрудно-зелёный цвет. Он щедро засыпал в воду килограммы флуоресцеина, безвредного химического красителя, полностью растворяющегося через час-два. Официальная задача проекта: «Проследить движение океанического течения». На самом же деле художнику нужна была реакция. И она не заставила себя долго ждать, но оказалась противоречивой.

Олафур Элиассон. Зелёная река, 2000
Фотодокументация проекта в Стокгольме, Швеция, 2000. Уранин, вода

К примеру, в Дании стремительное позеленение реки восприняли стоически — с напряжённым молчанием. А вот городские власти соседней Швеции, не разобравшись, поспешили обвинить один химический завод в несанкционированном сбросе отходов в реку. В Японии тоже забили тревогу, а в США ирландская диаспора приветствовала новый цвет реки, как наиболее подходящий её национальным цветам. В целом проект оказался успешным в самом широком смысле. Он принёс Элиассону славу и заставил говорить о нём не только критиков, но и политиков, и экологов. Теперь его «Зелёную реку» считают актуальной и предельно честной работой.

Двойной закат

Олафур Элиассон. Двойной закат, 1999
Фотодокументация проекта в Утрехте (Нидерланды). Строительные леса, сталь, ксеноновые лампы. Размеры инсталляции варьируются. Диаметр диска 38 метров

Художник, обожающий природу, но постоянно находящий в ней странные изъяны, решил слегка подкорректировать одно из наиболее прекрасных проявлений натуры — заход солнца. «Пусть их будет два», — решил Элиассон (совсем как молодой Маяковский). В западной депрессивно-промышленной части Утрехта он с помощью десятка ассистентов водрузил огромный гофрированный диск на стальной постамент, крепко посадив его на болты и кронштейны. Но следовало заставить его воссиять. На крышу соседнего здания были подняты гигантские стробоскопы, направившие жёлтые лучи прямиком на новорожденное светило.

Олафур Элиассон. Двойной закат, 1999
Фотодокументация проекта в Утрехте (Нидерланды). Строительные леса, сталь, ксеноновые лампы. Размеры инсталляции варьируются. Диаметр диска 38 метров

Ничего не подозревавшие жители голландского городка остолбенели — на рассечённом сизыми полосами небе сияли два солнца, вовсе друг другу не мешая. Многие тогда сочли этот проект предчувствием конца света. Вновь заговорили экологи — о неестественности окружающего мира, о том, что человечество стремится к воссозданию Вселенной из синтетических полимеров и ботокса. Арт-критики тоже не смогли промолчать. «Двойной закат» — о противостоянии натуры и современных технологий, о постмодернистской мимикрии, о несовершенстве природы и стремительной человеческой мысли". И опять все высказавшиеся стали соучастниками проекта Элиассона, которому важен их «YES», даже если он будет категорическим «NO».

Коллективный проект

Олафур Элиассон. Коллективный проект, 2005
Инсталляция на Третьей биеннале Тираны (Албания). Белые детали конструктора LEGO, дерево. Размеры варьируются

Центральная площадь Тираны, столицы Албании, на время проведения триеннале превратилась в строительную площадку. Три тонны белых кирпичиков LEGO красивыми руинами возвышались над обновляющимся после войны городом. Все жители и гости страны приняли участие в очередном проекте Элиассона. Задание — построить дом будущего (какой угодно, без предварительных проектов и чертежей). Количество материала неограниченно. Строили будущее, как говорится, всем миром, а Элиассон наблюдал сквозь толстые линзы мудреца, прикидывающегося простаком. Город построен — всем спасибо. Но здесь‑то и начался собственно проект — уже не на площади, а на страницах журналов, на экранах телевизоров, в блогах и живых журналах.

Олафур Элиассон. Коллективный проект, 2005
Инсталляция на Третьей биеннале Тираны (Албания). Белые детали конструктора LEGO, дерево. Размеры варьируются

Публика постила восторги и смайлики. Тележурналисты брали интервью у городской администрации. Кто‑то поддержал идею умирающего в руках обывателя искусства. Кто‑то радовался возрождающемуся в руках обывателя искусству. Проглотившие целиком и жадно наживку Элиассона завели разговор (художник этого ждал) о том, что место выбрано им неслучайно, что проект «показал, как люди жили в советской Албании и как они незаконно возводили себе лачуги, кое‑как обустраиваясь в этой скудной и непригодной для жизни местности» (!). Именно эти высказывания помогли художнику красиво завершить проект.

Нью-йоркские водопады

Олафур Элиассон. Нью-йоркские водопады, 2008
Размеры варьируются. Вид инсталляции на Бруклинском мосту, Нью-Йорк, 2008. Вода, леса, стальные решётки и желоба, насосы, трубопровод, рамки входного фильтра бассейна и фильтрующая ткань, переключатель передач, светодиоды, ультрафиолетовые фильтры, бетон, электрооборудование и электропроводки, модули управления и анемометры

Это продолжение знаменитой серии Элиассона, начатой в 1998 году. На сей раз художник выбрал сразу четыре точки для сооружения громокипящих водяных потоков на Ист-ривер — под Бруклинским мостом, между четвёртым и пятым пирсами в Бруклине, на Нижнем Манхэттене и на Губернаторском острове. Технически всё безупречно. Конструкции высотой тридцать-сорок метров скроены прочно — из стальных балок и перекладин. Помпы поднимали к их вершинам тонны воды, которые рушились с необыкновенным ревом обратно в Ист-ривер. В вечернее время водопады подсвечивались. Сказать, что «Нью-йоркские водопады» были успешны, значит не сказать ничего. Мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг загорелся этим проектом ещё на стадии его разработки и стал судьбоносным покровителем Элиассона, выбил разрешение на установку конструкций и щедро спонсировал работу из собственного кармана. Вслед за Блумбергом проект поддержали многие государственные чиновники, подвластная им пресса и телеканалы. Сложно сказать, повлияли ли эти четыре огромные водочерпалки на состояние реки. По крайней мере, негативных отзывов от экологов не было. Похоже, даже они, ревнивые блюстители природного порядка, влюбились в эти искусственные водопады, слегка преобразившие вертикальный ландшафт мегаполиса.

Берлинское молевое бревно

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010
Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Этот проект — часть крупномасштабной выставки художника, прошедшей в столице Германии в 2010 году. При поддержке мэрии, а также музея Мартин-Гропиус Бау Элиассон создал ряд инсталляций site-specific, разместив их в нескольких районах Берлина, в том числе и «Молевое бревно». Молевое — значит сплавляемое по реке. Собственно, так и происходило. Только вместо реки — асфальтовая гладь идеально прямых берлинских улиц.

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Олафур Элиассон. Берлинское молевое бревно, 2009—2010

Фотодокументация проекта в рамках Innen Stadt Auben, Martin-Gropius-Bau в Берлине, 2010

Бревно (привезённое, кстати, из Исландии) художник катил по всевозможным «штрассен унд гассен», фотографируя его на траве и брусчатке, у перекрестка и под аркой, посреди автобана и возле стены. Он превратил его таким образом в органическую часть городского ландшафта и вновь заставил критиков рассуждать на тему иллюзорной границы между искусством и жизнью.

Твоя радужная панорама

Олафур Элиассон. Твоя радужная панорама, 2006—2011
Фотодокументация проекта в ARoS — Художественном музее Орхуса, Дания

Одна из самых проникновенных работ Элиассона. На крыше музея искусств в городе Орхус лежит разложенная на множество спектров, закольцованная радуга. Смотришь со стороны — то ли летательный аппарат, то ли роскошный ресторан с дорогой городской панорамой в качестве оплаченного приложения. Но это не то и не другое. Что же? Элиассон затрудняется дать однозначный ответ, и сотрудники музея с ним солидарны. Это, конечно, выставочный зал в форме закольцованного тоннеля. Но никаких видео, инсталляций и прочих авторских работ художника там нет. Это и чилл-аут, по которому можно неспешно передвигаться, или лежать на нём, наблюдая за тихой и размеренной жизнью Орхуса во множестве плексигласовых переливов. Это и отдельное, автономное архитектурное сооружение, которое, кстати, попало на страницы самых престижных изданий по дизайну и строительству. Есть мнение, что «Панорама» Элиассона является образным мостиком между внешним и внутренним, между искусством и архитектурой, связующим музей и ландшафт. Глобалисты, привлечённые тональной полихромией, заявили, что Элиассон нашёл прекрасную метафору многонациональной Европы, в которой представлены нынче все цвета наций. Много разных умных мнений. И пожалуй, здесь зрительское соавторство, пресловутый «YES», уже представляется излишним. Хочется просто ходить и тихо наблюдать банальную красоту — черепичные крыши и пухлые датские облака в густых плексигласовых красках заходящего солнца.