2000-е

,

2010-е

,

Монологи художников

,

Практика

,

США

Художник в условиях капитализма. Элизабет Тюрк

Мы расспросили семерых американских художников о карьере, деньгах, отношениях с галереями, грантах, премиях и о том, что они считают успехом. Выяснили, что у них тоже всё по‑разному

№ 4.1. Приложение к № 4 (587) / 2013

Элизабет Тюрк

(р. 1961, Нью-Йорк, Нью-Йорк). www.elizabethturksculptor.com

Элизабет Тюрк. № 7 из серии «Клетка», 2012
Резной каррарский мрамор, 20 × 15 × 15 дюймов

Несмотря на то что у меня есть рисунки, коллажи и видео, известность мне принесли именно скульптуры из мрамора. Работа над каждой в среднем длится года три-четыре, но есть и такие, над созданием которых я трудилась почти десять лет. Это тяжело и физически, и психологически, но стоит того, чтобы услышать, что я умею «превращать мрамор в кружево».

Всё началось, когда по случаю мне достался кусок мрамора, забракованный строителями мемориала Линкольна в Вашингтоне. Под впечатлением от работ Луизы Буржуа я решила создать что‑то спокойное, но со своим характером. Что‑то в противовес её «паучихе» в Национальной галерее в Вашингтоне.

В юности я мечтала о карьере в политике и даже училась на факультете международных отношений в Скриппс-колледж. Там я попала на урок скульптуры, который изменил всю мою дальнейшую жизнь. После выпуска пыталась строить карьеру по специальности: участвовала в проведении предвыборных кампаний, но всё свободное время посвящала скульптуре. Наконец, терпение лопнуло: я бросила работу и вернулась в Калифорнию, чтобы стать художником. Самое удивительное, что моя семья даже обрадовалась моему решению, и в 33 года я получила степень магистра по классу скульптуры и специальную награду колледжа The Amalie Rothschild '34 Rinehart Award. В тот момент я осознала, что лучшим началом карьеры станет переезд в Нью-Йорк, и это решило мою судьбу.

Элизабет Тюрк. Ожерелье № 12, 2005
Резной мрамор сивец, на основании из окрашенной стали, 27,5 × 20 × 11 дюймов. Фотография © Elizabeth Turk.

Своим сегодняшним финансовым положением я вполне довольна. Стоимость моих работ — от 2 (графика) до 20—300 (скульптуры) тыс. долларов. Я могу не только спокойно заканчивать начатое, но и реализовывать какие‑то экспериментальные замыслы, не задумываясь о деньгах.

В начале карьеры я была очень наивна, доверила работы галерее, не оформляя юридически отношения с ней и, соответственно, не получила гонорара за проданные работы. Правда, это был единственный негативный опыт среди многих положительных впечатлений. Партнёрские отношения с Нью-Йоркской Hirschl & Adler Galleries у меня начались в 2000 году благодаря целой цепочке знакомств.

Элизабет Тюрк. № 14 и № 15 из серии «Клетка», 2012
Резной каррарский мрамор, на основании из окрашенной стали, каждая скульптура 22 × 10 × 8,5 дюймов

На моём счету премии Barnett and Annalee Newman Foundation Fellowship и Smithsonian Artist Research Fellowship. Однако самой значимой в своей карьере я считаю премию Фонда МакАртур в 2010 году. Помню, как они позвонили и спросили, удобно мне ли говорить. Я сказала, что сейчас веду машину, и тогда они попросили меня припарковаться, потому что новость, которую они собираются сообщить, может повлиять на безопасность вождения. Так я узнала о том, что стала номинанткой самой престижной американской премии в 500 тыс. долларов. Её выдают частями на протяжении нескольких лет, и самое главное, это не обязывает художника реализовать какой‑либо конкретный проект — деньги могут быть потрачены на оплату студии, ассистентов, материалов, необходимых для вдохновения путешествий.