5’2005

Этой осенью русское искусство ушло из России. Разумеется, не то чтобы насовсем, а на время, рассредоточившись шедеврами из залов Третьяковки, Русского и других национальных собраний по крупнейшим выставочным площадкам Европы и Америки. Возможно, это просто совпадение. Однако определённые смещения масс в верхних слоях культурно-политической атмосферы дают основания считать, что такая выставочная погода установилась неспроста. В последнее время налицо желание показать исключительно позитивный образ России, культура и искусство которой бесконфликтно переходят от одной духовности к другой. Всё это и должен был увидеть и воспринять западный зритель в Нью-Йорке ли, Париже, Брюсселе или Антверпене.

Большой осенний экспорт начался с показательной ретроспективы отечественного искусства «РОССИЯ!», развернувшейся в нью-йоркском Музее Соломона Гуггенхейма. Восемь веков русского искусства — от домонгольских икон до инсталляций Кабакова и Кулика — из отобранных 250-ти произведений-ингредиентов завертелись эдаким коктейлем в здании-миксере. Что, надо сказать, непривычно для европейского культурного ума. Для Америки же, страны дайджестов и фаст-фудов, это оказалось именно то, что надо. Трудно сказать, смогли ли американцы как следует распробовать наш XX век, настолько в нём смикшировались различные элементы, такие, как показательные соцреалистические вещи и работы нонконформистов, опусы академиков и инсталляции современных художников. Но в любом случае, американцы могут сказать: ну что ж, зато у русских всё есть.

В своё время передвижникам даже в голову не могло прийти, что их картины будут выставлены в Париже. Он им, собственно говоря, и не очень-то был нужен. И вот теперь они оказались востребованными французами, отдавшими под выставку «Русское искусство второй половины XIX века. В поисках идентичности» Музей Орсэ. Как говорили древние, не стоит ехать в Афины со своей совой. Действительно, чем можно поразить наследников импрессионизма, кубизма и фовизма — не нашими же скромными вариантами. К тому же с русским авангардом в столице Франции давно знакомы, хотя бы по давней знаменитой выставке «Москва — Париж». Просмотр социально обеспокоенного, литературоцентричного искусства, отвергнувшего западные модели, французам должен был понравиться и даже немного польстить. В смысле мастерства кисти русские, понятное дело, не конкуренты, а вот эти странные чего-то ждущие мужики, смотрящие внутрь себя, а не на зрителя, бородатые писатели, настойчивые поиски бога, закончившиеся почему-то нахождением демона, определённо интересны как очень своеобразный способ решения социальных проблем средствами искусства. Русские непостижимы, должны были в который раз повторять французы.

Фестиваль «Европалия», проходящий в нескольких городах Бельгии, этой осенью был тоже отдан на откуп русским. Среди массы выставок, демонстрировавших тот или иной скол отечественного искусства, до самого актуального края дошла экспозиция в Музее современного искусства города Антверпена «Ангелы истории. Московский концептуализм и его влияния». Судя по крайне разношёрстному составу художников и представленных работ, выставка должна утвердить положение: современный русский художник — всегда концептуалист. Такова ещё одна сторона большого осеннего экспорта.

Если мысленно окинуть взглядом все зарубежные выезды русского искусства, то возникнет образ эдакого не то что двуликого, а многоликого Януса, который обращается в разные стороны с подходящей в каждом случае миной. То, что он обращается вовне, замечательно. Но, может быть, он когда-нибудь обернётся и на свои пенаты. Всё-таки хочется иной раз увидеть его не двоящееся лицо.

Редакция

СОДЕРЖАНИЕ

НОВОСТИ

СОБЫТИЯ

Волжский проект. Нижегородский государственный художественный музей (Москва)
Великий меценат России Пётр Иванович Щукин (Москва)
Три века русского рисунка. Первая половина XIX века (Санкт-Петербург)
Вадим Воинов. Государственный Эрмитаж под полной луной (Санкт-Петербург)
Роден Бойс (Франкфурт)
Русское искусство второй половины XIX века: в поисках самобытности (Париж)
Дада (Париж)
Big Bang. Разрушение и созидание в искусстве XX века (Париж)

ОПЫТЫ

СТЕРИЛЬНО
Дмитрий Новик. В Санкт-Петербурге прошёл пятый фестиваль «Современное искусство в традиционном музее», на котором стали окончательно понятны просветительские цели его организаторов — объяснить публике и музейщикам, что же есть такое актуальное искусство.

ПРОГУЛКА

СВЕРХТОТАЛЬНОЕ ИСКУССТВО
Кристин Рот. Берлинская осень оказалась похожа на художественный марафон: в городе одновременно открылись четыре арт-ярмарки и больше десятка первоклассных выставок.

ОБЗОРЫ

Евгений Расторгуев. Живопись. Керамика (Москва)
Московская эпоха пикториальной фотографии начала XX века (Москва)
Валерий Орлов. Работы на бумаге (Москва)
Рауф Мамедов. Пьета (Москва)
Наталья Турнова. Вне себя (Москва)
Джонатан Меезе. Доктор Дракула (Москва)
Георгий Острецов. Беспредел (Москва)
Брацо Дмитриевич. Triptychos post historicus (Москва)
Константин Звездочётов. Утраты (Москва)
Леонид Борисов. Конкретное искусство (Москва)
Николай Полисский. Арка (Москва)
Сергей Борисов. Другая скульптура (Санкт-Петербург)
Елена Фигурина. Живопись. Скульптура (Санкт-Петербург)
Йон Коман. Внутри и снаружи (Генуя)
Женщины без мужчин (Таллинн)
Миры желаний. Новая романтика в искусстве современности (Франкфурт)
Национальные сокровища из Германии. От Лютера до Баухауза (Бонн)
Напечатано, издано (Барселона)

ПЕРВЫЙ ПЛАН

ВТОРОЙ АНТИКВАРНЫЙ ПОХОД

ТРИДЦАТЬ ВЕКОВ ИСКУССТВА НА МАНЕЖЕ
Михаил Боде. На втором Салоне изящных искусств был представлен широчайший ассортимент: от греческой архаики до американского поп-арта. Впрочем, западные галеристы до сих пор так и не выяснили, что же в России покупают лучше всего.

DE JONCKHEERE
Франко-бельгийские галеристы показали в Москве самое лучшее и дорогое из своей коллекции: фламандскую живопись.

RATTON — LADRIERE
По наводке московского ресторатора французская галерея выставила на Салоне скульптуру антиков.

FEIGEN & AARON
Стенд галереи можно было назвать «маленьким Эрмитажем»: дуэт в составе американского дилера и владельца парижской и лондонской галерей привез Рубенса, Буше, Будена и Диаза де ла Пенья.

PHILIPPE SAMUEL
Из своей большой коллекции абстрактной живописи для Москвы галерея выбрала наиболее фигуративные и традиционные полотна.

ALBERT BENAMOU
Считая, что русские «любят всё фантастическое», французская галерея предпочла пластику Сальвадора Дали.

BURKHARD EIKELMAN, RUDOLF BUDJA
Выставка Энди Уорхола в Третьяковке сыграла на руку галеристам, продвигающим на нашем рынке произведения классиков американского поп-арта.

ЭЛИЗИУМ
Салон стал первым и удачным опытом русской галереи, которая получила признание международного антикварного сообщества.

ПРОФИЛИ

АЛХИМИЯ МАКАРЕВИЧА И ЕЛАГИНОЙ
Никита Алексеев. Феномен искусства ключевых фигур современного российского искусства можно условно обозначить как синтез радикального консерватизма и ретроградного новаторства.

КОЛЛЕКЦИОНЕР

ЗАПИСКИ ОБ ОХОТНИКЕ ЗА ВЕЩАМИ
Андрей Васильев. Коллекция Соломона Шустера в своё время была одной из самых представительных и авангардных. Не меньший интерес вызывает и личность самого собирателя.