3’2005

Манихейское представление о делении искусства на современное, радикальное, чурающееся любых отношений с арт-рынком, и коммерческое чем дальше, тем больше выглядит как ветхозаветные предустановления патриархов модернизма. Впрочем, и относительно недавняя модель, ставившая художника на карьерное распутье — либо продвижение только посредством выставок в музеях и центрах современного искусства плюс стимулирование грантами и госзаказами, либо включение в цепочку «галерея — художественная ярмарка» — уже требует серьезной корректировки. Как и деление на «биеннальных» и «ярмарочных» художников, на производителей «вещей» и «проектантов». Что уж говорить о ригоризме середины прошлого века, когда даже не за призы, а просто за участие в Венецианской биеннале Андре Бретон предавал анафеме и отлучал от клана сюрреалистов то того, то другого художника? Сейчас это видится не столько притчей, сколько историческим анекдотом.

Коль скоро затронули тему биеннале, и в частности самую первую — Венецианскую, тот тут нужно сказать, что, задуманная более ста лет назад как пафосная всемирная выставка «достижений» современного искусства, долженствующая впервые показывать различные новации, она на сегодняшний день все больше и больше «изменяет» своим обязанностям, той пресловутой модернистской, прогрессистской идеологии. Ее профессиональный посетитель без особого труда заметит работы deja vu, и vu не только на других биеннале, но и в галереях отнюдь не нонпрофитных. Пожалуй, этим художественные биеннале как раз и отличаются от, например, более требовательных и нацеленных на новации и на право первого показа кинофестивалей. Если же после открытия в Венеции посетитель сподобится поехать на ярмарку в Базель, то там обнаружит тех же самых художников и те же самые (или почти те же самые) произведения, не говоря уже о работах, обкатанных на предыдущих биеннале. Трудно избавиться от ощущения, что такие крупные международные выставки и art fair слаженно работают в тандеме. Но, надо полагать, не напрямую, а сообразуясь с показаниями некоего общего барометра. Что было заметно и в этом году, когда на открывшихся с разницей в несколько дней 51-й Венецианской биеннале и Арт-Базеле проявились одни и те же художники, такие, как «амазонки нового авангарда» Барбара Крюгер и Аннетт Мессаже (кстати, получившие «золотых львов»), Моника Бонвичини, Пипилотти Рист, как весьма приметные Гилберт&Джордж, Томас Шютте (еще один нынешний «лев»), Антонио Мунтадас, Марк Уоллинджер и многие другие.

Вряд ли здесь правомерно говорить о каком-то международном сговоре кураторов биеннале, галеристов, жюри и директоров ярмарок. Дело, скорее, в другом. Сегодня современное искусство функционирует как некая ризома (излюбленное постмодернизмом понятие), как эдакая стелющаяся корневая система, которая связывает ее различных операторов — «коммерческих» и «некоммерческих», моментально разносит по всей этой сети информацию при том, что и получает ее сразу из разных источников. Поэтому такие художественные агломерации, как, например, Венеция — Базель, так оперативно реагируют на рейтинговые колебания и на изменение форм репрезентации. Количество примеров можно и расширить, если вспомнить такую «связку», как мадридская ARCO и биеннале в Сан-Паулу, когда в прошлом году инсталляция нашего Сергея Шеховцова почти без изменений была перенесена с испанской ярмарки на бразильский фестиваль современного искусства. Ни для кого не является секретом то, что зачастую подготовкой выступления художников на биеннале занимаются именно галереи.

При сходстве художественных пейзажей биеннале и ярмарок (те уже, к примеру, вполне освоили такие «некоммерческие» формы, как видеоперформанс и мегаинсталляция) все же определенные различия между ними есть. В частности, на art fair не принято давать фору в виде какой-либо политкорректности — национальной или гендерной. Главное — это профессиональный уровень галереи, стабильность ее бизнеса и ее культуртрегерская миссия. Собственно исходя из этих параметров весьма строгий экспертный совет Art Basel и включил в список участниц нынешней ярмарки нашу галерею XL. Пятнадцатилетний стаж и успешное промоутирование отечественных художников принесли ей заслуженную победу на конкурсе претендентов.

Редакция

СОДЕРЖАНИЕ

НОВОСТИ

СОБЫТИЯ

Василий Андреевич Тропинин. К 125-летию со дня рождения (Москва)
Дмитрий Лион. Мироздание белого (Москва)
Тони Крэгг. Тяжесть и нежность (Москва)
Матвеев и его школа. Скульптура и рисунки (Санкт-Петербург)
Валерий Кошляков. Одежда пространства. Иконусы (Санкт-Петербург)
Пуссен, Шарден, Ватто, Давид. Французская живопись XVII — XIII веков в немецких собраниях (Париж)
Депортированный Монпарнас. Художники из Европы (Париж)
Рене Магритт. Ключ к снам (Вена)
Макс Эрнст. Ретроспектива (Нью-Йорк)

АРХИВ

ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ ЭКСПЕРИЗА
К вопросу о реституции. Публикация стенограммы заседания Бюро экспертизы Чрезвычайной Государственной Комиссии, состоявшегося 22 октября 1943 года, на котором обсуждались размеры и формы послевоенной репарации.

ОБЗОРЫ

ВЫСТАВКИ

Виктор Умнов. Монолог (Москва)
Пелагея Шурига. Графика (Москва)
Игорь Шелковский. Проект нового российского флага (Москва)
Владимир Дубосарский, Александр Виноградов (Москва)
Одеть картину. Художественные рамы в России XVIII — начала ХХ века (Санкт-Петербург)
Александр I. Сфинкс, не разгаданный до гроба (Санкт-Петербург)
Иван Бианки — первый светописец Петербурга (Санкт-Петербург)
Александр Флоренский. Виды Петербурга (Санкт-Петербург)
Арон Зинштейн. (Санкт-Петербург)
Игорь Межерицкий. Цветы и насекомые (Санкт-Петербург)
Семья художников Пакулиных (Санкт-Петербург)
Владимир Тарасов, Сара Флор. Close to Not (Санкт-Петербург)
Марина Федорова. Один прекрасный день (Санкт-Петербург)
Европейский фестиваль видеоарта (Оснабрюк)
Густав Климт. Эротические рисунки (Париж)
Петр Дмитриенко (Париж)
Хана Орлова (Париж)

КНИГИ

Треугольное колесо № 3. Книга о книге художника

ПЕРВЫЙ ПЛАН

БИЕННАЛЕ ВЫШЛА В ДАМКИ

ДНЕВНИК БИЕННАЛЕ
Валерий Айзенберг. Первая неделя работы 51-ой Венецианской биеннале отслежена шаг за шагом одним из её участников, экспонирующимся в Российском павильоне.

ВИКТОР МИЗИАНО: ЦЕНТРАЛЬНО-АЗИАТСКИЙ ESPRESSO
Ещё один венецианский дворец занят художниками. Палаццо Пизано стало павильоном «Центральной Азии». О выставке «Актуальный архив» и современном искусстве в Казахстане, Киргизии и Узбекистане рассказывает куратор павильона.

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РЫНОК

СПОКОЙНЫЙ КОНТЕКСТ
Леонид Лернер. Девятая Арт-Москва оказалась самой спокойной и буржуазной с момента возникновения этого форума актуального искусства. Впрочем, содержательная уравновешенность не помешала галереям в два раза увеличить объёмы продаж.

БИРЖА СОВРЕМЕННОГО ИСКУССТВА
Леонид Лернер. Арт-Базель считается самой главной ярмаркой современного искусства. Здесь подтверждаются и опровергаются репутации самых дорогих художников, загораются новые звезды, намечаются тенденции художественного рынка.

ЕЛЕНА СЕЛИНА: ВЕНЕЦИЯ И БАЗЕЛЬ — ЕДИНАЯ ТЕРРИТОРИЯ
В этом году как никогда ранее проявилась «внутренняя связь» Венецианской биеннале и Арт-Базеля. В Италии создаются имена, в Швейцарии — цены. О том, как этот процесс выглядит изнутри, рассказывает Елена Селина — директор галереи XL, первого российского участника базельской ярмарки.

НАТАЛЬЯ КУРНИКОВА: РУССКО-БРИТАНСКИЙ АНТИКВАРНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК
Весенние лондонские Russian Sales принесли вполне ожидаемые рекорды, лишний раз подтвердив тенденцию последних лет: рынок русского антиквариата продолжает поступательно развиваться.

ФРАНЦУЗСКИЙ ЭТЮД
Елена Якунина. Традиционное летнее затишье на рынке нарушили парижские аукционные дома Tajan и Drouot. Правда, на этот раз сюрпризы французских антикваров объясняются не столько уникальностью предложенных лотов, сколько странной оценкой — точнее, недооценкой — работ русских художников.